Джиоева З.

Лингвоэтика речедеятельности современных СМИ

На рубеже XX-XXI веков, особенно со времени реформирования нашего государства, в обществе произошли значительные изменения, к которым народ, как выяснилось, оказался не готов, а потому растерян. И в этой растерянности находится до сих пор. В обществе произошло смещение нравственно-этических акцентов. И как справедливо отмечал Михаил Рощин: «Мы в свое время искали героя положительного. Сегодня это антигерой, не просто  рефлексирующий, а человек потерянный, существующий в скверно организованном обществе…» (АиФ – Москва. №30,2002).
И в этой «скверной» социальной организованности ведущую роль, как это ни парадоксально, играют СМИ, щедро начиняемые цинизмом: от порнографии до криминала, и выплескивающие на многомиллионного потребителя информационную агрессию, ложь и демагогию, равнодушие, лицемерие и пошлость, которые в конечном результате динамично влияют на формирование мировоззрения народа, превращая наше общество в большое сообщество людей, в котором агрессия преобладает над толерантностью. А в подобной ситуации вполне ожидаемо и естественно из этических категорий негативного общественного содержания на авансцену выдвигается пошлость, беспредельно распространяющаяся не только на улице, но, что особенно опасно – в стилистике современных СМИ, в которых, как в зеркале, отражается сегодняшнее состояние русского языка.
Динамика демократизации и либерализации нашего общества постперестроечного времени, к сожалению, привела не только к позитивным результатам. Торопливость в стремлении как можно скорее освободиться от скованности русского литературного языка, образованной тоталитарным прессом советских канонов, установленных государственной цензурой, желание испить до дна социальную «чашу» свободы слова незамедлительно привели к нарушению литературным норм, неразрывно связанных с этическими и эстетическими составляющими культуры речи, формирующимися и стабилизировавшимися в культуре правилами публично звучащей речи.
Еще совсем недавно категорически запрещалось использование к речи так называемых нецензурных (они же – непечатные) слов. А сегодня в СМИ, как печатных, так и эфирных, часто модно «столкнуться» со словами, только что находившимися под абсолютным запретом, и получившими вследствие этого название «табуированные».
Сегодня же, благодаря завоеванной свободе слова, безудержной лавиной в нашу речедеятельность хлынули жаргонизмы, варваризмы, вульгаризмы, не знающие никаких ограничений в употреблении, что является одной из основных причин снижения уровня культуры речи. И не нужно никакой специальной лингвистической подготовки, чтобы почувствовать вал лексических и других языковых отступлений от литературной нормы. Да, собственно, никаких таких норм уже не осталось. На разных уровнях в СМИ ведутся бесконечные разговоры – протесты против необоснованности употребления вульгаризмов. В радиопрограммах и  телевизионных ток-шоу к разговору о том, что случилось с нашим русским языком, нашей речевой культурой, привлекаются авторитеты отечественного языкознания, известные журналисты, публичные люди. Говорят запальчиво, правильно, а уровень речевой культуры не только не повышается, а динамично снижается.
Да и что может стимулировать это повышение, когда требовательность к нему даже со стороны специалистов, мягко говоря, снисходительная.
Так, в журнале «Журналистика и культура русской речи» (№3 - 2003 г.) ведущая программы «Эхо Москвы» «Как правильно» Марина Королева, довольно высоко оценивая культуру речи известной журналистки Светланы Сорокиной, замечает: «Мне нравится речь Светланы Сорокиной, у нее очень естественная речь, хорошая русская интонация, от нее редко можно услышать слово с неправильным ударением». Вместе с тем, лишь за один месяц, в мартовских авторских программах «Основного инстинкта», «мимоходом» нам удалось обнаружить целый ряд речевых погрешностей у этой талантливой ведущей.
Так, в программе «Основной инстинкт» (29.05.03) ею были допущены и грамматические, и орфоэпические, и стилистические погрешности: вместо досдачи экзаменов – досдавание, обле́гчить (с ударением на втором слоге), что категорически не допускается словарем, «без пол-литры не разберешься» (просторечие). Можно было бы и предположить, что ударение в выделенном слоге – досадная оговорка, и на нее не следовало бы обращать уж такое серьезное внимание (с кем не бывает?!)… Однако, такое же грубо ошибочное ударение журналисткой было допущено в той же программе двумя месяцами раньше(«Основной инстинкт» от 18.03.03). Следовательно, это не случайность. Или другой пример: в слове опека нет и не должно быть ё, что однозначно утверждают словари. В «Орфоэпическом словаре русского языка» , например, отмечено: «опека,- и! неправ, опёка». Восклицательный знак здесь предупреждает, что подобная форма строго запрещена. В другом словаре  такого знака нет, но и в нем есть строгое предупреждение, заключенное  квадратные в скобки: опека [не опёка]. Подобная помета в словаре, как и в первом случае, означает запрет. В «Основном инстинкте» (03.06.03) ведущей допущена погрешность в ударении устойчивого словосочетания вало́м ва́лят: если в первом случае все правильно, то второй компонент требует ударения на последнем слоге. И это далеко не все «неправильности» ударения, допускаемые Светланой Сорокиной. Однако не будем продолжать ряд примеров, т.к. и приведенных вполне достаточно для возражения Марине Королевой в том, что «от нее редко можно услышать слово с неправильным ударением»! А между тем приведенные нами примеры имели место лишь в марте 2003 года. Столько погрешностей за один месяц! Так уж это «редко»?! « У нее очень естественная речь, - продолжает автор, - хорошая русская  интонация…». И, действительно, это так. Тем досаднее слышать телезрителю от этой журналистки словосочетания типа «без пол-литры не разберешься» (23.03.03), «ни фига себе» (25.03.03), и опять «разобраться без пол-литры невозможно» (13.02.04). Все это в той же горячей программе «Основной инстинкт».
Несомненно, Светлана Сорокина является именитым, узнаваемым журналистом, имеющим совершенно определенную жизненную позицию, четко проявляющуюся во всем, что она делает как высочайшей квалификации профессионал, будь то авторские программы «Глас народа», «Основной инстинкт», телевизионные документальные фильмы и т.д. И здесь она всегда на высоте.
Что же касается оценки М.Королевой уровня культуры речи этой журналистки, то здесь можно не только поспорить, но  и опровергнуть, и на то у нас достаточно примеров.
Досадной погрешностью можно объяснить речевые огрехи у целого ряда других известных журналистов, актеров, публичных людей.
Так, известный российский историк и политолог А.Цыпко, отличающийся достаточно грамотной русской речью, в одной из утренних передач радио «Эхо Москвы» (19.10.03) неудачно включил в свое повествование слово «кстати»: «Они, кстати, очень рано умерли». Что имел в виду говорящий?! Ведь он наверняка знает, что словарное толкование выделенного наречия – «в нужный, подходящий момент». Результат такой небрежности- речевая нелепость. На счет такой же небрежности можно отнести: и нелепое слово поперты, использованное В.Соловьевым (в значении «попраны») права («Поединок», 20.03.03); и сказанное А.Пушковым «пили» за Ельцина тосты («Эхо Москвы». Персонально ваш. 08.06.04), и Е.Андреево    й в программе «Время» (соответственно 25.03.05 и 05.04.05), допустившей набившую оскомину погрешность «полный аншлаг» и совершенно ошибочное на первом слоге ударение на слове «лозу», тогда как в орфоэпическом словаре это слово имеет специальную помету (не рекоменд. ло́зу), а у  А.Венедиктова – руководителя радио «Эхо Москвы» - на по́хоронах Брежнева («Итоги» - 01.06.03). В речевую болезнь превращается неоправданная тавтология. Так, в своем репортаже из Франции на 1 канале в «Новостях» от 11.02.03 Антон Вербицкий «бережно оберегал»; в интервью с И.Рыбкиным М.Ганапольский («Эхо Москвы» от 02.05.03.,утро) сказал: «…может быть, чеченцам помогла бы материальная помощь». К сожалению, грешит речевой небрежностью и наш премьер-министр В.В.Путин, который, конечно же, в абсолютном большинстве ситуаций придерживается норм русского литературного языка. Тем острее режут слух включаемые им в речевой оборот арготизмы, являющиеся «табуированными словами: «мочить в сортире», «тырить газ» и др. Особенно удивляет, когда одна и та же языковая личность в своей речи одновременно использует и явно книжное моветон, почти забытое нами в последнее время, впервые включенное в речь министром обороны России С.Ивановым, у которого страсть к этому слову, а затем спорадически используемое слово и В.В.Путиным, который параллельно включает в речевой оборот и слова, которых не должно быть в речи культурных людей. Так, 08.07.05 из Шотландии, где Путин принимал участие в саммите Восьмерки, на один из вопросов, заданных ему журналистами об отношении с Украиной, он ответил: «…если не будут тырить у нас газ». А ведь выделенное слово в самом авторитетном нормативном словаре русского языка имеет стилистическую помету («грубо просторечное», а потому не рекомендуемое к употреблению»).
Приведенные нами примеры, несомненно, свидетельствуют не о низкой грамотности персоналий, названных в нашем докладе. Все они – высокообразованные, грамотные люди, обладающие достаточно высоким уровнем культуры речи. Следовательно, их речевые отступления от литературных норм являются результатом состояния нашего языка, которое в отмеченный нами период социально-экономических и политических преобразований претерпело большие изменения. Его нормы были основательно поколеблены, лишены стабильности, и в конце концов, от них почти ничего не осталось.
Язык улицы, обычно используемый в дружеской беседы, в приватном разговоре стремительным потоком беспрепятственно хлынул в нашу речь в различных языковых ситуациях без учета их уровня. Это распространилось и на СМИ, которые фактически превратились в пропагандиста «загрязненной» до возмущения речедеятельности.
И здесь за примерами далеко ходить не надо. Не является идеальной речь широко известного всем журналиста, автора великолепных телевизионных исторических фильмов, Николая Сванидзе. Этот абсолютно грамотный и высокообразованный человек позволяет себе неоднократно использование в речи (как это было 09.02.2009) в программе «Красный угол» («Вести») в беседе с А.Цыпко словосочетания с арготизмом «фиг»: «На фига им это надо!», «Они пошлют всех на фиг», «Да фиг с ними!»
Между тем, табуированное слово «фиг» толкуется словарем  следующим образом: «Фиг – а, м, Фига – и, ж, 1. Шиш, кукиш, дуля. 2. Обычно ж. Любая вещь. Эка фига! Ну и фига 8 x 7 (большая) 3. Употребляемая при выражении отказа, отрицания чего-либо. Деньги дали? – Фиг. Поможешь? – Фигу тебе, а не поможешь. 4. Фиг (с кем – чем) – выражение презрения к кому- чему -либо, незаинтересованности в ком- чем –либо».
Вместе с тем, Николаю Сванидзе свойственно и включение в речь слов, противоположных по своей стилистической окрашенности, то есть обладающих пафосом «высокого стиля». Так, в программе «Вести» (16.11.2005) в 20.00, говоря о членах Общественной палаты, Н. Сванидзе произнес предложение: «…если они не будут проявлять сервильность, то…». Мы абсолютно уверены, что телезрители со средним уровнем образования ( а таких подавляющее большинство), да многие и с высшим, ломали голову над тем, что имел ввиду журналист, так как с эти словом они столкнулись впервые. А под рукой (а может быть и вовсе) у них не было словаря иностранных слов, где можно было бы получить справку. На кого же были рассчитаны его слова?!... А сказал бы «угодливость» или «раболепие», и все было бы понятно. Но нынче модно щегольнуть как недавно освободившимися из-под запрета словами, так и малоизвестными основной массе говорящих на русском языке иноязычными заимствованиями. Ну подлинная смесь «французского с нижегородским»!...
Немало удивил нас и мэтр театральной режиссуры Марк Захаров, включивший в свою поздравительную речь на юбилее Михаила Жванецкого (27.03.2009) матерное слово «сука». Понятно,  что к месту использованный шутливый тон поздравления позволяет определенные отступления от литературных норм. Но нам представляется, что у таких величин русской культуры, как Марк Захаров, даже их речевым аппаратам трудно должно быть сконструировать не только это, но и другие ему подобные слова, так как они обязаны полностью исключать их из своей речи.
Приведенными примерами однозначно подтверждается правота Б.Резника , отметившего: «Проблема нашего телевидения, даже государственного, не только в том, что оно стало абсолютно циничным и безнравственным. Оно не выполняет свою задачу по воспитанию молодежи, не прививает подрастающему поколению наши общественные ценности, национальные традиции. Более того, все это низвергается, втаптывается в грязь, с чем мириться уже не только нельзя, но и небезопасно для страны».

Науч.рук. - профессор  Комаева Р.